«Нам проще свести человека к его поступку, обижаться на него, считать его плохим. Только он не плохой. В нём образ Божий»

Сегодня, братья и сестры, в качестве Евангельского чтения вы слышали историю о том, как Господь с учениками приплыл в Гадаринскую страну, которая была на другой стороне Тивериадского озера, Галилейского моря. И первый, кто Его встречает там, в этой стране – это бесноватый, который, как говорит Писание, одержим и в одежду не одевается, и живёт не в доме, а во гробе. И он вскричал громким голосом и упал пред Иисусом и говорит Ему: «Что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? Умоляю Тебя – не мучай меня».

Интересно, что когда мы слышим этот рассказ, в разных Евангелиях он рассказан чуть-чуть по-разному, и здесь обращается к Иисусу тот же, кто падает на землю. Есть как бы указание, что это сам человек говорит: «Что тебе до меня? Не мучь меня». Мы привыкли, что обычно так говорят бесы, когда Христос подходит к бесноватым и нечто им говорит или собирается изгнать их. А здесь совсем другое. Здесь бесноватый говорит.

В чём же его мучение? Иисус повелел нечистому духу выйти из сего человека, потому что он долгое время мучил его. Оказывается, что бес мучил этого человека долгое время, и теперь уже Христово присутствие становится для него мучением. Человек настолько свыкся со своей одержимостью, что теперь, когда Христос приходит к нему, уже Он является для него мучителем.

Когда мы слышим эти истории про бесноватых, мы не должны думать что это истории про кого-то далёкого, неизвестного. Про того, кто когда-то кем-то был одержим. Это история про любого человека, который одержим грехом. Он совсем не обязательно должен быть одержим бесом, он может быть одержим собственной страстью.
Что делает Христос? Когда Он подходит к этому бесноватому, Он видит в нём человека. Всё равно видит в нём человека, видит в нём образ Божий, хоть и пленённый. Как часто мы сами, поступая безнравственно, не выдерживая натиска греха внутри себя, срываемся и поступаем как-то не так. Мы злопамятствуем, ехидничаем, мы можем грубить, мы можем обижаться и прочее. И часто нам хочется чтобы, особенно на исповеди, да и после неё, когда мы с каким-то человеком пытаемся восстановить нормальные отношения, нам очень хочется, чтобы нас не ассоциировали с нашими грехами. Чтобы не думали, что я и моя пленённость — это одно и то же.

В сегодняшнем отрывке очень хорошо это показано. Мы как будто бы слышим сразу два голоса и в то же время один: «Не мучь меня». Кто это говорит? Бесноватый или бес, которого пришёл мучить Господь? В том то и дело, что в нас настолько переплетается наша собственная личность и грех, что мы уже сами теряемся, где мы. Но когда Господь приходит к этому бесноватому, Он видит в нём человека. Это знак для всех нас. Когда мы встречаемся с человеком, который как-то не так себя ведёт, грешит, злится, нечестно поступает, превозносится, что мы можем сделать? Мы можем подумать, что это он, и, как жители Гадаринского селения, выгнать его от себя. Выгнать его из своей жизни и сказать: «Нет, я не хочу с таким человеком ничего общего иметь. И не хочу, чтобы мы одной жизнью жили. Я не буду с ним разговаривать. Я не хочу его видеть».

А можно сделать как Христос, который пришёл к этому человеку и увидел, что есть он сам, есть человек, и есть его грех, которым он пленён. И Христос разделил эти вещи. Разделил человека и его грех. Он знал, что этот человек неправильно себя ведёт, что он живёт без одежды, в гробах, разрывает цепи. И естественно бесноватый никогда не вёл себя как прекрасно социализированный, добрый, послушный человек, гражданин, друг, сосед, брат. Конечно же, бесноватый на то и бесноватый, что ведёт себя так. Но каждый наш грех, это та самая пленённость. Это тот самый промах — а грех и переводится как промах, когда мы не соответствуем тому, чем мы должны быть. Когда мы не соответствуем воле Божьей. Когда мы не соответствуем должному о себе — тому, кем мы должны быть.

Очень часто мы сами про себя внутренне знаем, что мы может быть несколько лучше, в отличие от того, как мы поступаем. Что мы, может быть, не хотели бы быть жадными или злопамятными, или жестокими, но вот так получается. Иногда человек правда настолько оказывается в плену этих вещей, что он уже не понимает где он, а где не он на самом деле, и как лучше поступить. Но Господь всегда видит в нём свой образ, всегда готов до него докопаться, к нему обратиться и услышать его. И даже через мучение, через то, что человеку неприятно и трудно («не мучь меня»), Он всё равно освобождает его. Это, конечно, чудо. Но оно начинается не просто с изгнания беса, а с того, что Христос поверил в этого человека. Поверил, что в нём осталось человеческое и что он дальше может быть человеком.

Освобождение другого человека от греха начинается не только с того, что Бог его освобождает, но ещё и с того, что мы в него верим. Мы готовы увидеть в нём человека, готовы его простить, готовы не ассоциировать его с его плохими поступками. На это надо много сил. Господь это умел. Мы очень часто этого не умеем. Нам проще свести человека к его поступку и на него злиться и обижаться, считать его плохим. Только он не плохой. В нём образ Божий. Он сам — творение Божие, его любить надо. Просто он в плену. И вот дай Бог нам внутренней мудрости, силы, чтобы разделять эти вещи, чтобы любить человека, бороться с его грехом вместе с ним, но отыскать эту глубину, которую мы можем любить вместе со Христом. Аминь.